Сайт для детей Джерри.ру - сказки народов мира, авторские сказки, мифы

Владимир Бенедиктов
«Цветок»
Откуда милый гость? Не с неба ль брошен он?
Златистою каймой он пышно обведен;
На нем лазурь небес, на нем зари порфира.
Нет, это сын земли - сей гость земного пира,
Луг - родина ему; из праха он рожден.

Владимир Бенедиктов
«Чатырдаг»
Он здесь! - В средину цепи горной
Вступил, и, дав ему простор,
Вокруг почтительно, покорно
Раздвинулись громады гор.

Своим величьем им неравный,
Он стал - один и, в небосклон
Вперя свой взор полудержавный,
Сановник гор - из Крыма он,

Как из роскошного чертога,
Оставив мир дремать в пыли,
Приподнялся - и в царство бога
Пошел посланником земли.

Владимир Бенедиктов
«Чатырдагские ледники»
Разом здесь из жаркой сферы
В резкий холод я вошел.
Здесь на дне полупещеры -
Снега вечного престол;
А над ним немые стены,
Плотно затканные мхом,
Вечной стражею без смены
Возвышаются кругом.

Владимир Бенедиктов
«Человек»
Много жизненных вопросов
Тем решив, что всё пустяк,
Жил когда-то грек-философ -
Удивительный чудак.
Он ходил как жалкий нищий,
Полунаг и босиком,
И питался грубой пищей,
Сыт был брошенным куском;
В бочке жил; лучами солнца
Освещаем и согрет,
Он героя-македонца,
Покорившего весь свет,
И царя, и полубога,
Гордой просьбой удивил:
"Отодвинься, брат, немного, -
Ты мне солнце заслонил".

Владимир Бенедиктов
«Человечество»
История раскрыта предо мной.
Мне говорят: "Взгляни на эту панораму!"
И я к ней подошел, как бы к святому храму,
С благоговейною душой, -
И думал видеть я, как люди в век из века,
В разнообразии племен,
Идут по лестнице времен
К предназначенью человека.

Владимир Бенедиктов
«Черные очи»
Как могущественна сила
Черных глаз твоих, Адель!
В них бесстрастия могила
И блаженства колыбель.
Очи, очи - обольщенье!
Как чудесно вы могли
Дать небесное значенье
Цвету скорбному земли!

Владимир Бенедиктов
«Черный цвет»
В златые дни весенних лет,
В ладу с судьбою, полной ласки
Любил я радужные краски;
Теперь люблю я чёрный цвет.

Люблю я чёрный шёлк кудрей
И чёрны очи светлой девы,
Воззвавшей грустные напевы
И поздний жар души моей.