Золотая чаша
Жили в одной стране муж с женой. Вот муж пошел на войну и говорит жене, – она должна была скоро родить: – Родится у тебя сын, и будет он сиротой.
И вправду – родился у этой женщины сын, и назвала она его Сиротинкой. Вот уж пятнадцать лет исполнилось сыну, а мать ни разу не засмеялась за все это время, ни разу не улыбнулась. Сказал сын:
– Мать, что ты никогда не смеешься?
– Ах, сынок, не с чего мне смеяться.
А сын:
– Мать, кончилась твоя нужда, теперь я буду на тебя работать. Засмеялась тогда мать.
– Жизнь моя, – сказала, – теперь-то и смех мне к лицу.
Пошел мальчик искать счастья.
А там недалеко в горах живут два брата-разбойника. Взошло солнце, и подошел юноша к той горе.
– Чего тебе? – кричат разбойники.
– Ничего, с дружбой иду к вам, не с враждой. Слугу не хотите ли?
– Хотим. Что тебе платить?
– Мне пятнадцать лет, и платите мне пятнадцать рублей. Семь сейчас дайте, восемь – в конце месяца.
Дали ему семь рублей, отнес он их матери и говорит:
– Вот тебе, мать, а восемь еще в конце месяца принесу.
И пошел обратно к разбойникам. Накормили они его, напоили и говорят:
– Пойдем, покажем, что ты должен делать.
А у них шестнадцать коней. Один такой буйный – пяти месяцев его поставили на привязь, до пяти лет спустить не могут, боятся.
– Вот тебе котел, вот вода, а вот огонь. Набери воды и покорми коня, что на привязи, только смотри, не побил бы тебя – буйный он.
Сказали и пошли на разбой. А Сиротинка снял котел с огня, пошел к коню, отвязал его, взнуздал, вскочил и полетел за разбойниками. Догнал, вытянул каждого плетью и поскакал обратно.
Один разбойник и говорит:
– Это наш конь.
А другой:
– В уме ли ты? Кто его взнуздает?
Вернулись, смотрят – и конь на месте, и котел, все, как было. Легли спать.
Наутро увел один разбойник двух коней, а другой спрятался дома.
А Сиротинку послали за ключевой водой. Он и не видел, что не один дома остался. Вернулся, думает, уехали оба. Поел, взял потом котел, снял с огня, отвязал коня, взнуздал, вскочил и умчался.
Смотрит этот разбойник, а он уже тридцать лет как разбойничает, так и задрожал весь: «Что этот пятнадцатилетний парень вытворяет? А подрастет, что он с нами сделает?»
А Сиротинка летит на своем коне и видит – едет разбойник с двумя конями. Понял Сиротинка, что проведали они про него, задумался.
«Кончено мое дело, убьют меня, в живых не оставят».
А разбойники сами его боятся. Думают, что делать, как с ним быть. Говорят ему:
– Сбегай, Сиротинушка, принеси ключевой воды.
Вот пока придет Сиротинка, должна решиться его судьба: жить ли ему или умереть. Сказал старший разбойник:
– Убьем его.
А младший:
– Нет, поставим его старшим над нами.
Позвали Сиротинку, говорят:
– Будь нам старшим братом, а мы за тобой пойдем в огонь и в воду. Подумал Сиротинка, поблагодарил их, согласился.
Решили они попировать в ту ночь.
Подали они Сиротинке чашу, а эта чаша такая: вином нальют – золотом обернется, водой нальют – серебром обернется. Чаша старшему полагается.
Настало утро, положил Сиротинка чашу в карман.
Прошел так месяц.
Приходит Сиротинка и говорит братьям:
– Дайте мне восемь рублей, отнесу матери.
– И деньги наши твои, и все наше имущество твое. И мать твоя – наша мать.
Вывел Сиротинка своего буйного коня, взнуздал и говорит братьям:
– Ждите меня через три дня, на четвертый.
– С места не тронемся, – сказали разбойники.
Приехал Сиротинка домой. Влетел во двор, соскочил с коня.
– Вот тебе, мать, твои деньги.
Пожил с матерью три дня и говорит:
– Мне, мать, завтра в полдень уезжать. Напеки мне хлеба на дорогу.
Напекла мать хлеба да печенья резного, попировали на прощанье. Настало и четвертое утро.
Занялась заря, выходит со двора Сиротинка.
Взошло солнце, припекло. Остановился Сиротинка у ручья, расседлал коня, пустил его, достал курицу, хлеб, смотрит – не покажется ли кто, чтоб не есть одному. Видит – тянутся по дороге три арбы, за ними старик-купец. А арбы эти его.
– Иди, отец, покушаем вместе, – позвал его Сиротинка, а у самого все готово, достал чашу, налил вина, говорит:
– Это за твой приход, за нашу встречу, – Выпил и подает купцу: – Пей теперь ты.
А старик схватил чашу и запрятал за пазуху.
– Мое! – кричит.
А тут пристав да со всеми двенадцатью стражниками.
Замахнулся купец. Не выдержал Сиротинка, ударил его. Закричал купец, а пристав и говорит:
– Что ты бьешь старика?
Кричит купец:
– Одна у меня чаша, и ту он отнять хочет.
– Моя это чаша, – говорит Сиротинка. – У меня еще есть такие.
Отобрали у них чашу. Дали Сиротинке три месяца сроку, велели привести за себя двух заложников: принесет за три месяца еще две такие чаши – повесят купца за ложь, а не принесет Сиротинка – повесят его заложников.
Подписался Сиротинка, подписался и купец.
Приехал под вечер Сиротинка к братьям, подбежали те, ссадили его с коня. Грустен Сиротинка.
– Что ты загрустил? – спрашивают братья.
– Поужинаем, – говорит Сиротинка, – потом скажу.
Поели, рассказал им Сиротинка все и говорит:
– Вы должны за меня поехать.
– Чего же ты печалишься? Поезжай, ищи чаши. Свидимся, все добром кончится.
Поехал Сиротинка. Едет, ищет чаши.
Ехал, ехал, приехал к утру в одну деревню, видит – сидит старуха-вдова, прядет.
– Мать, ради любви всех матерей, устал я, прошу тебя, дай мне отдохнуть. Засну под жужжанье твоего веретена.
Согласилась она. Лег Сиротинка и заснул.
