Однажды
весенним днём я наблюдал замечательную картину ...
Воробей нашёл
большое перо, выпавшее, очевидно, из крыла голубя. Перо так понравилось
воробью, что тот решил использовать его в своём гнезде.
Вот только как его доставить туда?
Несколько
попыток подняться с пером в воздух не увенчались успехом. Птице это
оказалось не по силам. Но как отказаться от такой ценности! Снова и
снова воробей брался клювом за перо в разных местах, снова и снова
пытался взлететь, но результат оставался прежним.
Было хорошо видно,
что бедной уставшей птичке вся эта возня уже порядком надоела, но сама
она бросить такое чудесное перо уже не в состоянии.
И помощь пришла со стороны.
Порыв
ветра вырвал перо из клюва воробья и перенёс его на пару метров в
сторону. Этого оказалось достаточно. Птичка мгновенно забыла о своей
находке и весело запрыгала по земле, выискивая клювом невидимые крошки.
Пером же завладел другой воробей, давно наблюдавший за безуспешной
вознёй первого.
Всё началось сначала.
Человек рожден для счастья; как птица для полёта.
Хохлатки
в курятнике строили себе гнёзда в тёмных местах. Прежде, чем снести
яйцо, курица долго кудахтала на всю округу, громко сообщая всем о важном
событии. Яйца от курицы откатывались недалеко.
Когда в гнезде их набралось достаточно, будущая многодетная мать садилась выпаривать своих цыплят.
В курятнике было хорошо! Тепло, сытно, безопасно.
Орлы
строят свои гнёзда на семи ветрах. На самых крутых скалах, над самыми
глубокими обрывами, высоко в горах. Только не многим сверху открывается
прекрасная картина на изумительный Божий мир. Лишь самые смелые
смельчаки могут любоваться необыкновенным видом.
В куриное гнездо подложили яйца не простые, не золотые, а орлиные. И вскоре в клетке появилась необычная молодёжь.
Орлята были сильнее, крупнее, красивее остальных цыплят. Но ни они, ни цыплята, ни петухи, ни куры этого не замечали.
Все
росли в тепле, в достатке, в покое, под мудрым руководством идейных
петухов. День всегда начи¬нался с бодрого «ку-ка-ре-ку!»
Все вели куриный образ жизни.
Ходили пешком, гребли под себя, садились на насест повыше, гадили на того, кто снизу, и не давали ближнему расправлять крылья.
Никто
даже не догадывался, что птицы на свободе умеют летать. Что в небе
можно наслаждаться жизнью и высотой, и скоростью, и видом.
Внутренне
орлиная душа постаянно искала смысл жизни - и на насесте среди кур,
когда все закрывали глаза, им часто чудилось небо. Высота, облака,
свобода и полёты.
Но курятник со всех сторон был огорожен стальной сеткой, и с рождения небо для всех было в клеточку.
Однажды
прямо с заоблачных высот проник в курятник клич с неба - орлиная
истина, чистое слово, мудрейшая мысль. Она поселилась в душе и взошла в
возрождённом сердце. Орлята встрепенулись, ожили, заметались в клетке.
Высоко
в небе парила бездетная орлица и громким криком звала орлят. Она
верила, что они внизу, что живы. Сердце матери всегда чувствует своих
детей, даже на огромном расстоянии.
Коза
жила в сарае и, как в сказке, имела семеро козлят, вернее шестеро
козочек и одного козлёнка.
Но коза и шестеро козочек почему-то возненавидели маленького козлёнка.
Он
был очень маленьким, блеял, как плакал и очень хотел есть. Но чуть
придвинется к матери, как все, и мать тоже, начинали его пинать и
отгонять.
Маленькая Леночка, увидев такое, страшно возмутилась,
наказала козу. Выдоила у неё молоко, забрала малыша в дом, укутала в
домашнее тряпьё и накормила из бутылочки с детской сосочкой.
Козлёнок
был такой маленький, миленькой и совершенно беззащитный. Он так
обессилел, что не мог даже стоять на своих тоненьких ножках, и Леночка
носила его на руках. Он весь дрожал, и, чтобы козлёнок не замерз,
девочка уложила его спать рядом с собой, в свою постель.
Леночка поила малыша козьим молоком, купала в тазике, спала с ним, держала в своей комнате и выходила его.
Они
сдружились. Козлёнок окреп, похорошел, стал весёлым и преданным.
Благодарный малыш ходил за Леночкой по пятам как собачка, и в огород, и к
колодцу, в магазин - всюду.
Когда Леночка была ещё маленькой,
её родители переехали на новое место жительства, и в первое время они
жили как квартиранты в частном доме.
Хозяйка у них была строптивая и
вредная: ножки, как у козы рожки. Не было у бабки ни коровки, ни
свинки, никакой скотинки. Одна коза дереза - виноватые глаза, как у деда
борода. Правда, по удою она не уступала коровам, давая в сутки до
восьми литров молока.
Уход за ней зимой был не обременителен, давали на целый день клок сена да горбушку хлеба, зато летом ...
Однажды
весенним днём я наблюдал замечательную картину ... 
